Настоящий, непохожий ни на кого стиль появляется тогда - когда ты начинаешь незаметно воровать идеи у самого себя.
                                                                                                                                                              (Альфред Хичкок)

                                                            Тени

- Ну что, до завтра? - спросил высокий широкоплечий охранник, со сломанными ушами и перебитым носом.
- Ну, уж нет. - Ответила ему Ирина, пытаясь изобразить на усталом лице приветливую улыбку. - После такого весёленького денёчка, я решила набраться побольше наглости и решила взять выходной.
- Тоже, верно - сказал охранник. - Что мы им крепостные что ли. Хотя, знаешь, если честно, Иришка, за такие бабки, которые мне здесь платят, я готов тут работать без выходных.
  Ирина сдержала себя, чтобы не сострить, и ненароком не обидеть слегка простоватого Серёжу. Парень, ведь не плохой - просто малость наивный. Ну а это уже, как говориться - его проблемы.
- Раз готов, то служи. Ну а мне пора. А то совсем уже с ног валюсь. Доползти бы до кровати.
- Слышь, Ириш… может быть тебе такси? А то если что, давай. Я ща… мигом вызову.
  Сергей уже было, потянулся за сотовым телефоном…
- Да ладно, брось, - остановила его Ирина. - Не нужно Сереж. Мне идти то всего здесь  шиш да маленько. Да и центр города как никак. Не какой-нибудь там конец географии. Лучше Ленке вон вызови. Это ей в Одинцово ещё чёрт знает, как добираться придётся. А вон, кстати, она и идёт.
  Из дверей для обслуживающего персонала, словно царственная лебёдушка, выплыла стройная и длинноногая Елена. Она всегда, в независимости от обстоятельств, держится в  отличной форме. Словно никогда и не устаёт. Мужики как заговорённые, вокруг неё увиваются ужами и сулят огромные золотые горы в ответ за Еленину благосклонность. Но девушка она серьёзная и всегда неприступная как крепость. Холодна, словно айсберг, когда речь идёт о подобных предложениях. Несмотря на своё раннее и преждевременное вдовство, мужчинами она больше не интересуется. Или может быть, просто виду не подает. Но, как бы там ни было, а из всех, работающих в казино девчонок с кавалером её пока что никто не видел. Поговаривают, будто Ленкин покойный муж был известным авторитетом в криминальном мире, а по этому и не удивительно, что за очень короткий срок молодая красивая девушка из простого обычного кассира доросла до менеджера-администратора.
  Несмотря на весомую в казино должность к девчонкам она всегда относилась с пониманием и по-дружески. Елена со снисхождением воспринимала их желторотый возраст и отсутствие жизненного опыта. Никогда не задирала перед ними нос и могла найти общий язык с любым, от крупье до посудомойки. Благодаря чему пользовалась у всех безграничной любовью и имела незыблемый авторитет.
- Ну, что Иришка уже домой? - улыбаясь, спросила она у девушки и присела на край огромного кожаного кресла.
- Да, пора бы уже, - ответила Ирина. - Давненько мы так не задерживались. Вроде и сменщики все подошли, а народ всё валит и валит. Хорошо заведение за эту ночку денежек поднимет. Я, как только на ставки их посмотрела, у меня аж мозги набекрень пошли. И откуда у них только деньги такие берутся?
- А ты их денежки не считай, - Елена достала из сумочки плоскую белую пачку «Virginia Slims» и изящным движением извлекла из неё  тонкую, длинную сигарету. - Не зарывайся, целее будешь. Твое дело маленькое, стой себе у стола, да улыбайся за щедрые чаевые.
  Откинувшись на широкую спинку кресла, она с блаженством прикурила, от своевременно протянутой охранником зажигалки. Сам Сергей не курил, но по заведённой в казино инструкции, иметь на посту зажигалку и прочие необходимые на все случаи жизни мелочи, входило в его прямые и непосредственные обязанности. Елена кивнула ему в знак благодарности, глубоко затянулась и выпустила матовую струйку дыма
  Взгляд охранника непроизвольно смерил гладкое колено точёной ножки администраторши и прилип к бретельке дорогих чулок.   Елена, привыкшая к излишнему вниманию самцов и прочих особей мужского пола, ответила ему ничего не значащим взглядом ленивой кошки. Тот понял, что должен знать свое место, насупил брови и отвернулся. Елена же, как ни в чем не бывало, подмигнула Ирине по поводу смутившегося и негодующего охранника и приветливым тоном поинтересовалась:
- Так, стало быть, устала, намаялась сегодня?
- Ага. Не то слово, - согласилась, умерив пыл, Ирина и тоже потянулась к своей сумочке за сигаретами. - Выдохлась прямо как собака. До солнечных зайчиков и звёздочек в глазах. Одна только мысль: как бы снова в ванной не заснуть. А то вон, соседей в прошлый раз затопила, а у них теперь евроремонт. На второй раз боюсь, что не потяну. Это же никаких  с ними денег не хватит.
- А ты, вот чего... А поехали сегодня ко мне. - Заявила совсем неожиданно для девушки Елена, с интересом наблюдая за ее изумлением. - А чего ты? Живёшь все равно одна, беспокоиться за тебя некому. Да и взрослая, самостоятельная уже подруга. Можем же мы, в конце то концов, устроить себе небольшой праздник жизни? Я у шефа на завтра тоже взяла отгул, дел по дому никаких не предвидится. Так что, вот. Ну, как тебе моё предложение?
  Ирина несколько опешила от подобного поворота событий. Конечно, на первый взгляд вроде бы ничего особенного. Ну а, что тут такого? Девчонки решили отдохнуть, расслабиться. Но в душе все же появился червячок сомнения. Неужели, и в правду, это все не слухи? Будто Ленка отказывает мужикам, не по той причине, что чтит своего безвременно ушедшего благоверного, а потому, что давно уже сменила ориентацию и теперь отдает предпочтение однополой лесбийской любви.
  Ну, дела... Да ещё этот взгляд ее, такой загадочный. Нет, пожалуй, уж это слишком.
- Извини. Я, конечно, тебе благодарна, за твою откровенную дружескую заботу, -  Ирина, так и оставила, не доставая сигареты в сумочке. - Но для меня это предложение несколько неожиданно. И к тому же, я обещала подруге, что мы с ней поедем завтра на дачу к её родителям. Помогать навести порядок, и забрать оттуда необходимые на зиму вещи. А то снова бомжи мародеры всё разворуют. Так что, Лена  большое, конечно, тебе спасибо. Но поверь… никак, никак не могу.
  Елена, сделала вид, что всё прекрасно поняла и стряхнула с мнимым безразличием пепел в урну. На её лице покоилась всё та же мраморная, умиротворенная улыбка, только сигаретный дым выказывал разбуженное разочарование. Если прежде он клубился легким облаком под потолок, то теперь дым вырвался сквозь ноздри, распыляющимися драконьими струйками. И глаза… Её изумрудно-зелёные глаза, на едва заметное мгновение вспыхнули досадой и неудовлетворённостью.
- Ладно. НЕТ - значит НЕТ. Проехали, - сказала Елена и подмигнула своему отражению в надрайеной до блеска урне. - Колхоз, как сама понимаешь, дело добровольное. Да и я, к тому же тоже вспомнила, что есть у меня ещё одно дело, которое не мешало бы не откладывать в долгий ящик. А помощь… это ты молодец. Тем более, если уж пообещала, как говоришь, подруге…
  Ирина почувствовала себя неловко и стала прикидывать в уме, как теперь этот решительный отказ отразится в дальнейшем на её работе. Чтобы побыстрее избавиться от накатившего на неё неприятного предчувствия, Ирина сказала:
- Ой, извини, что-то я засиделась. Передохнула чуток и будет.
  Решительным шагом она устремилась к гардеробу, и извиняющимся тоном пролепетала: - Ну, я пошла, а то вон заморозки уже начинаются, а я, как назло, без «порток» и без сапог. В туфлях, а они еще и на шпильках.
- Хорошо, иди. А то и в правду, мороз крепчает, - заботливо произнесла Елена, будто ничего и не произошло. - Или, если хочешь то подожди. Серёжа вызвал уже для меня машину. Так уж и быть, подбросим тебя до самого дома. Получится быстро и никаких забот.
  Продолжая чувствовать себя не ловко, Ирина ответила, стараясь сохранить несоответствующую тону её голоса фальшивую улыбку:
- Да нет, я уж как-нибудь тут сама. Да и тебе, зачем лишний крюк мотать? Не маленькая. Доберусь. К тому же, я так уже давно привыкла.
- Ну, как знаешь, настаивать не стану. - Словно капитулируя, Елена развела ладони в сторону. - Тогда, удачи тебе. Пока.
- Пока. - Попрощалась на ходу Ирина и выскочила в ледяную ночь.
  Елена затушила окурок в латунный обод блестящей урны, смерила взглядом на висевшие над конторкой охранника часы и с раздражением произнесла:
- Ну, что они там так долго? Такси ещё называется. Серёжа, позвони им ещё раз, может, они там уснули? Второй час ночи на дворе.
  Охранник снова потянулся за сотовым, в то время как она подошла к окну и, постукивая о мраморную плитку пола каблучком, стала всматриваться в огни ночного города.
  Стройная фигурка Ирины, короткими, но быстрыми шажками, уплывала  всё дальше и дальше в бездонную пасть простирающегося проспекта. Ее затухающий силуэт мелькнул на секунду в морозной мгле, и вот она уже почти совсем исчезла в ярких неоновых бликах ночных огней, остывающих в студеных сумерках.
  На красивом лице Елены расцвела невесёлая и загадочная улыбка. Про себя она, как бы, про между прочим, замурлыкала знакомый мотивчик из полюбившегося, когда-то в детстве мультфильма про Чебурашку и крокодила Гену:

                                          Кто людям помогает,
                                          Тот тратит время зря.
                                          Хорошими делами
                                          Прославиться нельзя.

                                                       * * * * * *

  Возвращаясь, домой по ночному городу, Ирина старалась идти, как можно быстрее. Но слишком быстро не получалось. Корка льда на асфальте и остекленевшие лужи не позволяли шагать широко и быстро. Словно канатоходец девушка семенила расчетливыми шажками, усердствуя чтобы не поскользнуться и не сломать дорогие шпильки.  Неровные волны и впадины вздувшейся брусчатки как будто, так и хотели поймать ее в свои ловушки. Ирина  подумывала уже о том, чтобы снять с себя эти ненавистные шпильки и бегом устремиться домой под одеяло. Но было жалко новых, купленных колготок, и к тому же коварный ноябрьский морозец удерживал её от сумасбродства, обидно пощипывая за икры.
  Город уснул. Родившийся в ночи иней словно парализовал проспект. Он облачил его мантией из искрящихся бриллиантов, и слепил глаза, переливаясь тысячами бликов. Стылый саван ледяных кристаллов поглотил остатки жизни и тепла. От этого на душе стало ещё более промозгло и невыносимо. Город превратился из живого в мертвый.
  Подняв воротник и, поежившись от холода, девушка дохнула теплом на озябшие ладошки. Маленькое облачко клубящегося пара выпорхнуло наружу, окутало переставшие слушаться пальцы и бесследно растаяло в ночной стуже.
- Лучше бы, мне, наверное, было согласиться с предложением Лены. Доехала бы с ней как нормальный человек на такси. В тепле, под непринужденную музыку, с комфортом, и не мерзла бы, как околевший цуцик. - С сожалением подумала она, но потом взбодрилась. - Ну, и ладно. Тут уже недалеко осталось. Добегу. Зато, не буду чувствовать себя обязанной.
  Ирина свернула в арку, ведущую в колодец проходного соседнего двора. Это был самый короткий путь к её дому, позволяющий значительно сократить расстояние и сэкономить время, чтобы не идти с наружной стороны бескрайнего проспекта.
  Во дворе, к неожиданности девушки, вместо привычного тусклого света фонарей её поджидала кромешная и неуютная темень. В подсознании проснулась настороженность, и Ирина поежилась от неприятного предчувствия. Отсутствие света - явление здесь очень редкое, почти невозможное и от этого необъяснимо странное.  Учитывая пристальное внимание местных пенсионеров и старушек к тому, как тратятся муниципальные средства, подобное безобразие выглядит абсолютным нонсенсом.
  В слепых глазницах окон каменного колодца, девушка не заметила ни одного огонька. Ни намёка на тусклый язычок свечи, отблеск света маленького ночника, не говоря уже об обычном освещении. Двор подобно проспекту уснул, околел и умер.
- Я понимаю, что время ночь и что все нормальные люди уже спят. Но ведь так не бывает, чтобы спали ВСЕ.  Всегда у кого-нибудь есть нерешенные дела, даже в это позднее время суток. Бессонница, пьяные разговоры на кухне, кому-то нужно собираться на работу…, а кому-то может быть никак не спиться, кто-то просто проснулся и захотел поесть. А тут  полная темень и тишина. Прямо жуть какая-то. Ах, какая же я все-таки самонадеянная. Лучше было бы согласиться на такси.
  Осторожно ступая и тщательно вглядываясь сквозь сумрак, Ирина пошла по привычному для нее маршруту. Подъезд…, козырек уходящего вниз подвала, а следом за ним трансформаторная будка. Сквозь тьму она лишь угадывала эти ориентиры, различая не четкие и едва видимые  контуры. На следующем шаге девушка запнулась, о подвернувшуюся ей под ноги бутылку. Чертыхаясь, Ирина отфутболила ее в сторону и услышала звон разлетевшегося стекла. Пульс девушки участился, дыхание сбилось, но шаг за шагом она продолжала идти вперед. Еще немного и она окажется у цели.
  Неподалеку проявилось тусклое свечение. По мере приближения оно усилилось и стало незначительно, но более-менее удовлетворительным. Сквозь размытые разводы света девушка узнала силуэт искомой арки. Только путь сегодня через эту арку перегородил забор из гофрированной оцинкованной жести. На заборе криво приторочена неаккуратная табличка с объявлением, наверняка не обнадеживающего содержания. Ирина достала из сумочки холодную как ледышка зажигалку и сунула ее под мышку, чтобы отогреть. Затем поднесла к табличке и прикрыла от ветерка ладонью. Но запалить зажигалку ей удалось только со второй попытки. Подрагивающий огонек осветил неказистые и корявые буквы объявления:

  «В связи с аварийными земляными работами и прокладкой нового кабеля, проход во двор будет закрыт. Вход со стороны проспекта».

  С чувством обреченности Ирина поднялась на цыпочки и заглянула через заборчик в арку. К великому её разочарованию, этот маленький проход, ведущий к дому, был безжалостно разрыт и раскурочен. Щербатая глотка уродливой траншеи, глубокой неровной дырой утопала под блоками фундамента. По краям новообразовавшейся ямы застыли горы мороженой земли и строительного мусора.
- Да-а-а, дела… - от досады она аж всхлипнула. - Ничего не поделаешь, придётся возвращаться. Как там в этой песенке поется: «Нормальные герои всегда идут в обход».
  Она развернулась и собралась, было идти назад, как вдруг увидела в проёме выходящего на проспект прохода две подозрительно метнувшиеся тени.
  Сердце в груди настороженно сжалось и гулко ёкнуло, а внизу живота неприятно похолодело. По телу волной пробежала колючая и неприятная дрожь. Закоченевшую от холода и испуга девушку начал бить не то нервный, не то ледяной озноб. Страх внезапно безжалостно выполз из недр подсознания наружу, её волю парализовало.
  Тени застыли во мраке колодца двора и затаились. Они старались быть незаметными и сохраняли неподвижность. Как Ирина ни старалась их разглядеть, из этой затеи у неё  ничего не получилось. Ледяная мгла была такой густой и непроглядной, что любой предмет был в ней неразличимым и терял привычные очертания.
  Сделав несколько глубоких вдохов, девушка попыталась взять себя в руки и  успокоиться. Она даже попробовала себя убедить, что затаившиеся в глубине двора тени, не что иное, как плод её возбудившегося воображения. Но идти обходным путём Ирине категорически расхотелось. Пересилив свой страх, она снова повернулась к изгороди и повторно, но с большим вниманием изучила замусоренную траншею.
  Рискованно, конечно, да и жалко, свои любимые и совсем еще новые туфельки, но ничего не поделаешь - это всё-таки лучше, чем попасться в лапы слоняющимся по ночам отморозкам. Даже если их там и нет, и это только ей показалось, всё же лучше так, чем наоборот.
  Бережёного - Бог бережёт.
  Уцепившись за бортик холодного жестяного забора, она поставила ногу на его гофрированную поверхность, а второй оттолкнулась и  подтянулась на руках. Озябшие пальцы обожгло ледяным прикосновением. Руки в напряжении задрожали. Острое ребро жестяного забора больно врезалось в окоченевшие ладони. Ирина застыла на миг в сильном напряжении и беспомощно соскользнула вниз. Она попыталась попробовать по-другому, но забросить ногу ей помешала узенькая юбка.
  Неудачная попытка грозилась обратиться в панику, и она решила повторить попытку. Но тут случилось неожиданное. Опорная нога Ирины соскользнула в сторону, и девушка всем телом повалилась вниз в траншею, вместе с халтурно установленным забором. При падении она больно ударилась коленом об арматуру и угодила лицом в клочья стекловаты.
  Чёрт! Похоже, с маникюром придётся мне распрощаться. Да и с колготками, наверное, тоже.
  Разбитое колено неприятно обожгло и засаднило. Девушка почувствовала, как по голени неторопливо зазмеилась струйка тёплой крови, а в морозном воздухе запахло приторной досадой и холодным потом. Росинки слез набухли и размыли дорогую тушь.
   Почувствовав беспомощное состояние девушки, тени как по команде ожили и начали медленно к ней подкрадываться. Их движения не остались для Ирины незамеченными. Едва оправившись от шока и, почувствовав прилив нервного возбуждения, она выставила перед собой руку с зажжённой зажигалкой и испуганно крикнула срывающимся голосом:
- Кто здесь?! Не приближайтесь ко мне. Слышите... Стойте, я буду кричать. Я позову милицию…
  Но тени, игнорировали её отчаянную скороговорку и продолжали настойчиво приближаться.
  Сквозь тусклый свет угасающей  зажигалки, Ирина смогла разглядеть их зловещие силуэты. Для обычного человека они очень низко пригибались к земле и передвигались, достаточно неестественно и быстро. Нужно  иметь очень натренированную мускулатуру и адаптированную конституцию тела, чтобы не испытывать неудобств при таком передвижении. Если сравнить их с животными, например с собаками то, эти тени,  несмотря на свою приземистость, передвигаются не на четырех, а на двух конечностях и делают это быстро и уверенно.
- Кто вы?! Что вам от меня нужно?!... - закричала Ирина им в истерике. - Денег?!... Нате, возьмите и убирайтесь. Только оставьте меня в покое…
  С этими словами она запустила сумочкой в одну из нависших над ней фигур. Но та, наотмашь парирующим ударом когтистой лапы, отбросила летящую сумочку в сторону. Вспоротая когтями сумка гулким шлепком ударилась о стенку арки, и Ирина услышала разнокалиберную дробь, разлетевшейся по ледяному асфальту косметики.
  В тусклом колодце двора вырисовались еще две тени, они присоединились к первым и начали быстро приближаться…
  Одна из них угрожающе зарычала, а та, что отшвырнула, запущенную в неё сумочку издала протяжный и заунывный вой. Словно эхо, в ответ прозвучали, прерывистые завывания остальных присутствующих. Ирина увидела, как из той же арки во двор проскочили ещё три или четыре тени. Утробно урча, они присоединились к остальным тварям и окружили ее кольцом.
  Две зловещих тени выделились из круга,  отскочили и замерли по обе стороны от арки, они перекрыли девушке путь к отступлению, а остальные медленно поползли к своей жертве,  царапая когтями ледяную корку.
  Огонёк зажигалки неровно задёргался и застыл. Он осветил крадущиеся во тьме  фигуры. Большие, крепко сложенные…. Их злобные моды ощерились в предвкушающем оскале и обнажили блестящие от слюны клыки. Язычок пламени встрепенулся в последний раз, задергался в судорогах и угас совсем. Ирина осталась наедине с охватившим ее ужасом.
  В приступе паники девушка попятилась на четвереньках назад, пока не уперлась в разломанное ограждение. Не теряя ни секунды, она развернулась и что было сил, подпрыгнула, стараясь уцепиться ободранными пальцами за металлическую изгородь. С треском лопнула по шву тугая кожаная юбка. К черту юбку, к черту вместе с ней и эти дорогущие туфли на тонких шпильках...  Жизнь дороже.  Она судорожно глотнула воздух и перепрыгнула через отделяющую ее от заснувшего мира изгородь.
  У нее получилось!!! Она поборола панику.  Но на этом, везение Ирины закончилось. Перемахнув через заграждение, девушка потеряла равновесие и упала плашмя на обледеневший мусор. Больно ударившись плечом и локтями о выступающий обломок асфальтной кромки, Ирина в отчаянии снова скатилась вниз.
  Кое-как ей удалось откатиться в сторону, и она снова кинулась на четвереньках к противоположному краю траншеи. Боль до тошноты скрутила в тугой комок желудок, дыхание парализовало, сердце взбесилось и порывалось вырваться наружу. Вся воля была сконцентрирована на одной единственной цели - ВЫЖИТЬ, ВЫЖИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ…
  Твари в ярости устремились вслед за девушкой. Две из них, охраняющие выходы из арки без труда перемахнули через сломанное ограждение и быстрее, чем все остальные подскочили к жертве. Опытные загонщики не стали сразу атаковать бьющуюся в истерике девушку. Они обменялись друг с другом условными знаками и сигналами, и мгновенно перестроились для повторного нападения.
  Скрывшись в тени сводов арочного прохода, твари на миг затаились и прислушались к звукам окружающего мира. Морозную тишину нарушали лишь всхлипывания и копошения обреченной жертвы. Оценив ситуацию в окрестностях соседнего освещённого двора, одна из тварей вернулась к краю траншеи и негромко прерывисто завыла. На ее призыв из-за ограды высунулись остальные. Во мраке сверкнули огни их свирепых глаз. Одна за другой твари бесшумно перемахнули через ограду  и накинулись сворой на карабкающуюся на поверхность девушку…
   … Ирина  все еще надеялась на спасение…
   … она увидела, залитый тусклым светом двор…
   … от освещенных окон веяло теплом и жизнью...
   … осталось сделать последнее усилие…
   … в крайнем случае - громко и истошно закричать…
   … ведь обязательно найдется кто-нибудь…
   … тот, кто придет обязательно на помощь…
   … он, придет… придет и спасет несчастную девушку …
  Ирина поймала себя на том, что на самом деле не может вымолвить ни звука. В ужасе она почувствовала, как кто-то снизу ухватил её с нечеловеческой силой за лодыжку. Она впилась намертво обломанными ногтями  в обледенелый грунт. Но этот кто-то резко дёрнул ее изо всей силы вниз. Пальцы не выдержали усилия и разжались, и Ирина заскользила  обратно во тьму ледяной траншеи.
  Ее крик захлебнулся в истерическом рыдании. Приступ паники вывел Ирину из себя и парализовал дыхание. Очертания мира слились в туман из-за пелены выступивших слез. Капли горечи побежали к оцарапанному подбородку, оставляя размытые кляксы на щеках.
  Девушка продолжала скользить и катиться вниз. Раздирая в кровь пальцы, она хваталась за обломки кирпича и ледяные выступы. Кожаная юбка зацепилась за гвоздь вмёрзшего в землю строительного бруса. Натянувшись до предела, она обнажила бёдра, затрещала по шву и разорвалась. Сердце бешено заколотилось, как у загнанной и отчаявшейся в своём спасении жертвы.
  Лёжа лицом вниз Ирина крепко зажмурила глаза и молила о том, чтобы всё то, что приключилось с ней сейчас, оказалось всего лишь ужасным кошмаром,  безумным сном. Но к несчастью, кошмар не проходил, а пробуждение так и не наступало.
  Девушка ощутила над собой возбуждённое омерзительное дыхание. Когтистая лапа впилась в её плечо и уверенно перевернула на спину. Приоткрыв зажмуренные глаза, Ирина увидела, как двое других преследователей, ловко спрыгнули с противоположных краёв траншеи и быстрой рысью устремились к стоящей и скалящейся перед ней твари.
  Ирина до сих пор не могла поверить, что всё, что она сейчас наблюдает, происходит с ней по настоящему. Эти мерзкие твари не были ни животными, ни людьми. Они общались между собой посредством коротких обрывистых звуков и быстрых почти незаметных жестов. Слишком быстрые и по-звериному ловкие существа, они были покрыты густой жестковатой шерстью, под которой угадывался рельеф сильных и упругих мышц. На широких плечах и выступающих загривках шерсть была более густой и косматой, чем на остальных участках тела. Она становилась короче у основания их волчьих голов, на талии, на предплечьях и мускулистых бедрах. Ярко желтые кровожадные глаза хищников, сверкали в ночи, отражая холодный свет. Одним словом - оборотни, …в которых, естественно, Ирина никогда не верила.
  Двое подоспевших, переглянулись между собой и посмотрели на того, что держал Ирину. Они подали ему, едва уловимый и не понятный для девушки сигнал.  Всё остальное произошло в доли одной секунды. Небольшой передышки оказалось достаточно для того, чтобы дать Ирине возможность снова собраться с духом. Она набрала в легкие побольше воздуха и отчаянно закричала...
  Чутьё у оборотня  оказалось превосходным, а реакция молниеносной. Почуяв изменения в настроении жертвы и резкий запах адреналина, тварь с неимоверной силой и скоростью запечатала ей рот мохнатой лапой. Девушка подавилась выбитым из нее криком и ударилась затылком о ледяную насыпь. Вторая когтистая пятерня без труда распорола кожаную куртку, кромсая ее на лоскуты.  Оборотень оттянул сбившийся воротник в сторону и, оскалив клыки, устремился к желанной плоти…
  …боль взорвалась фонтаном острой и невыносимой муки - это все, что отметило уходящее в небытие сознание бедной девушки. Последнее, что открылось её затуманивающемуся взору, это ещё один оборотень прильнувший к ней  по другую сторону. Он сорвал одежду с другого плеча, щелкнул пастью и захрустел обнажившейся ключицей…
  Третий…
  Третий, завыл леденящим душу, тоскливым воем. Вой разрезал кромешную ночь на две половины…
…и в морозном воздухе запахло горячей кровью.
  Кровь потекла и застыла в багровый иней…
  Над роящейся сворой заклубился пар…
  Пар, пропитанный запахом крови и жуткой смерти…
  Жутко…
  Жутко, зябко и до дрожи холодно…
  Холодно…
  …и долгий тоскливый вой…